Свежие комментарии

  • Надежда
    Илзе Лиепа-настоящая балерина, в отличие от шпагатницы-гренадера Волочковой...Прибалтийская лед...
  • Элеонора Коган
    Счастья и удачи её дочери!!!!Прибалтийская лед...
  • Элеонора Коган
    Молодец Илзе!!!!Достойная дочь своего прославленного отца!!!!Прибалтийская лед...

Кахи Кавсадзе

 Кахи Кавсадзе

Сегодня 5 июня 2013 года исполнилось 78 лет замечательному советскому и грузинскому актеру театра и кино Кахи Кавсадзе. За свою долгую всего 72 фильма и весьма насыщенную яркими и запоминавшимися образами карьеру в кино он играл Дон Кихота и Ивана Грозного, героев и злодеев, пьяниц неудачников и романтических героев, служителей закона и преступников, старых мудрецов и комических персонажей. Но больше всего он запомнился зрителю в образе жестокого но справедливого Черного Абдулы из всеми любимого кинофильма «Белое солнце пустыни».

 


Правила жизни Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе- Когда мне сказали о том, что у меня рак, возникло ощущение, как будто я на суде и мне присудили смерть. Внутренне я приготовился к борьбе. Понял: рак — значит придется долго драться. И он победил – ему искусственно сделали туберкулезное воспаление, которое убило метастазы, и рак ушел.

Удивительный человек, и вправду борец, он громко разговаривает, может хлестко ругнуться, и даже наорать на кого-нибудь в силу своего темперамента. Он рассказывает о своей жизни и играет самого себя – эмоционально разыгрывает диалоги, совершенно неожиданно с крика переходит на шепот. А я сижу, как завороженная, напротив него и запоминаю каждое его слово, сопереживаю его непростой судьбе и поражаюсь его честности.

Кахи Кавсадзе. Народный артист Грузии, которого любят не только за блестящие роли, но и за верность. Больше 45 лет он верен своему театру Ш. Руставели, куда студентом пришел в 1957 году. Он верен кино, ведь до сих пор много снимается. Он верен своей любви – жене, которой давно нет, но она живет в его сердце и в воспоминаниях. И он верен людям, которые его любят, то есть нам, своим зрителям.

– Ко мне очень часто подходят на улицах: «Аааа, Батоно Кахи, мы вас очень любим, уважаем», интересуются здоровьем: «мы знали, что вы болели, как себя чувствуете?» Иногда мне очень неудобно за такие лестные слова, но вы знаете, я уже так привык к этому, что когда меня не узнают мне это очень не нравится.(cмеется)

Известный человек несет большую ответственность перед людьми, перед зрителями. Бывает, иногда хочется сказать: «Цади, шени…», а нет, нельзя, надо воздерживаться, потому что ты артист, ты обязан быть примером вежливости, достоинства, щедрости. Ведь люди на тебя смотрят, и ты не должен допустить разочарования, чтобы кто-то о тебе сказал: «О Боже, и Кахи тоже такой».

Я недавно ехал на машине и нарушил – случайно заехал в запретную зону, и вдруг вижу: другая машина тоже за мной поехала. Ту машину останавливает полиция, собираются выписывать штраф. Я вернулся, подъехал к инспектору (тот меня, конечно, сразу узнал) и попросил вернуть документы. Он сразу же выполнил мою просьбу, и я сразу обратил внимание на поступок этого полицейского, сказал ему: «Большое тебе спасибо, что ты меня так уважаешь». А тот парень, который из-за меня нарушил, был в шоке, когда узнал, что я из-за него специально вернулся. Но для меня это было естественно, я иначе не могу, понимаете? Бывает так – я увижу, что несправедливо с кем-то обходятся и я не могу молчать».

Кахи Кавсадзе родился, вырос и прожил 55 лет в Воронцовском районе Тбилиси. Если вы пойдете по улице Руставели, то у гостиницы  «Marriott-Тбилиси» вы должны повернуть направо, спуститься вниз по улице, перейти Сухой мост, потом Воронцовский мост и около моста вы увидите его дом. В этом доме жили такие гениальные артисты, как А.Хорава, А. Васадзе, Т. Чавчавадзе. Деду  Кахи, Сандро Кавсадзе, в этом доме дали квартиру, он был известным хормейстером, основателем Народного хора песни и танца Грузии.

– Моя музыкальность идет от отца, а артистичность от матери. Я все время крутился в творческой среде, но никогда не хотел и не думал становиться артистом, несмотря на то что очень любил театр и музыку. В детстве я учился в музыкальной школе и хотел стать оперным певцом, но потом забросил музыку, появились девочки, начал заниматься спортом. Моя школа была с техническим уклоном и я собирался поступать в ГПИ (Политехнический институт), но случилось неожиданное – меня вызвали на пробы в кино и утвердили на главную роль. Фильм назывался «Они спустились с гор» и моей партнершей должна была стать знаменитая Лейла Абашидзе. На съемках я получил серьезную травму – должен был спрыгнуть в реку, но спрыгнул неудачно и сломал себе шесть ребер, потом началось осложнение, и я пролежал год в постели.

Я знаю, оттого что я не снялся в этом фильме, я стал актером. Если бы  меня сняли, я бы удовлетворил свои амбиции и пошел бы за одноклассниками в Политехнический институт поступать. Когда меня принимали в театральный институт, в комиссии сидели все мои соседи по дому – Хорава, Васадзе и другие. «Ну, черт с ним – раз хочет, пусть учится», – с такими словами меня приняли, и я очень медленно и грустно начал актерскую карьеру. Многие мои друзья, которые поступили в Политехнический, после окончания стали большими начальниками, а моя карьера в театре очень медленно шла – я все играл маленькие роли. Многие говорили: «Кахи, сколько ты хочешь еще дурака валять? Заканчивай это дело, как тебе не стыдно».

А теперь Кахи Кавсадзе один из самых популярных  и талантливых грузинских актеров нашего времени. Он готовится к каждой своей роли, читает дополнительную литературу, а главное – он настолько вживается в роль, что каждый раз старается привнести в текст что-то свое.

– Однажды моя маленькая внучка Наталья что-то сломала дома, и мой сын обиделся на нее, а она по facebook прислала ему письмо, в котором извинилась. Письмо было в форме речитатива, и вдруг в середине текста она запела – ууууу, а потом опять продолжала декламировать. Я с ума сошел – это была фантастика. Я эту находку уже использовал в  новом фильме – посреди монолога я начинаю петь – вааааа, эйййй. Для режиссера этобыло совершенно неожиданно, но ему понравилось. И я пришел к одному очень интересному заключению – если ты абсолютно органичен в роли, не важно, логично это или нет, зритель принимает такой вызов, верит тебе. Зритель вообще очень остро чувствует неправду.

В одной сцене фильма, в котором снимался Кахи, нужно было заплакать, но вместо слез Кахи вдруг резко зажмурился. Режиссер в недоумении, а потом после просмотра поблагодарил актера, ведь этот жест красноречивее всяких слез. Он глубже, тоньше, правдивее. В этом мгновении и есть весь Кахи Кавсадзе – сильный, стойкий, мудрый.

– Профессия актера очень трудна. И когда моя старшая дочь объявила мне, что хочет стать актрисой, я ей ответил – хочешь, пожалуйста, но знай, что тебе будет очень трудно. Ты будешь получать только удары, только удары в сердце и в душу. Ты должна знать, что счастье в профессии, если оно вообще будет, то будет очень редко. Ты готова к этому? Да. Она хорошо училась в институте, потом его благополучно закончила, поступила в театр, а потом начались вздохи. В актерской жизни очень много значит судьба, фильм, режиссер, «госпожа удача». Удача это толчок, а потом ты уже должен сам крутиться. Когда идет белая полоса – ты должен максимум выиграть, а когда белая полоса ушла, ты должен минимум проиграть.

Задаю привычный для Кахи Касвадзе вопрос о гармонии театра и кино в его жизни.

– Работу в кино и театре можно сравнить с бегом: играть в кино – это бегать на короткие дистанции, раз и сыграл, театр – это длинная дистанция, ты начал свое и продолжаешь два часа. Есть артисты, которые говорят, что лучше себя чувствуют на сцене, если честно, я кайф и в кино, и в театре получаю. Правда, когда я играю в кино, у меня всегда чувство недовольства – может, это сыграл бы по-другому, а театре сыграл — и потом то, что не понравилось, могу в следующем спектакле исправить. Экспериментировать и пробовать  – на сцене эта возможность есть, а в кино нет. Но иногда что-то грандиозно сыграешь в театре и не зафиксировано, а в кино сыграешь, и это на века.

Я не упомянула и еще об одной верности актера. Это верность своей Грузии, традициям своего народа, национальным особенностям и устоям. В этом Кахи Кавсадзе настоящий грузин.

Грузины, какие они?

– Сегодня была выставка моего друга Алико Чакидзе, он художник, сценограф, пишет маслом. И меня спрашивают: «Ну, что вы скажиете?», я отвечаю: «Субъективно ничего не могу сказать, он мой друг и все его работы мне нравятся». Когда о грузинах меня спрашивает человек другой национальности: грузин – уже мой, когда же я разговариваю со  своими – тогда могу позволить себе многое сказать. Когда грузин говорит лестные слова, он верит в то, что говорит правду. А если ему хочется сказать «нелестные слова» – он молчит.

Когда иностранцы приезжают в Грузию, они видят наше отношение друг к другу и думают, что все мы очень любим друг друга. Иногда мне говорят: ну что такое грузинское застолье – друг другу говорите только хорошее. А я отвечаю, елки палки, ты хочешь ругаться со мной??(размахивает руками)Давай выйдем в подъезд или на улицу, подеремся и будем друг друга ругать. Грузинское застолье – это место, где люди обязаны друг другу говорить хорошее. Мне нравится, что сейчас грузинам хочется быть традиционными: традиционно вести застолье, традиционно что-то очень уважать. Если определенные традиции остаются, значит, они были правильными. Я очень часто думаю о том, как люди друг к другу относятся, это и есть грузинские традиции – не ругаться, не кричать, а улыбнуться. Мне не нравится, когда люди дерутся, значит, ни у одного, ни у другого не хватает интеллекта, ведь слово великая вещь – оно и мертвого может заставить встать. Много сил отнимает ненависть к другим людям.

Когда я шла на интервью, я заранее решила, что никаких вопросов о политике и о нынешних взаимоотношениях между Грузией и Россией я актеру задавать не буду. Но он сам задал вопрос и искренне ответил на него.

– Мне кажется, что грузины и русские очень похожи, не потому что обе нации православные, националисты мы оба – и русские и грузины. Успокойтесь, немножко посмотрите на других. Я ненавижу слово толерантность, терпимость к другой нации, кто ты такой, чтобы ты терпел кого-то, другую нацию или другую народность? Ты обязан уважать другого человека, обязан уважать другую нацию, обязан уважать другие традиции, обязан уважать другую песню. Смеешься – что это индейцы так ходят? Ну вот так ходят – это их традиции, их жизнь.

Я помню, давал свое первое интервью о фильме «Белое солнце пустыни», и Николай Сванидзе спросил меня: ну как вы себя чувствуете в роли бандита? Я отвечаю ему – он никакой не бандит, он человек, который защищает свой дом, свои традиции, он же не пришел на чужую землю, это к нему пришли. Представляете, весь мир будет одного цвета – это будет ужасно, неинтересно будет жить. Разнообразие традиций украшает мир и делает его красивым, и ты сам тоже обогащаешься. Увидев другие традиции, ты оцениваешь свои, многое пересматриваешь. Несчастны те люди, у которых нет традиций.

За всю свою жизнь Кахи Кавсадзе был влюблен всего один раз – в свою жену, известную актрису театра Руставели, Беллу Мирианашвили.

– Я очень любил свою жену и как ни странно, я никогда ей не говорил об этом – я действовал так, что она это понимала. Я мог умереть за нее, и я знаю, что она могла сделать то же самое. Я только недавно узнал, что однажды, до женитьбы, моя жена сказала одной своей подруге: «знаешь, я думаю, что я влюблена».

Есть такая песня грузинская «Омши цасвла ухариа, висац карги цхени хавсо (рад идти на поле битвы тот, у кого хорошая лошадь), сахлши мисвла ухариа, висац карги цоли хавсо» (в дом возвращаться любит тот, кого хорошая жена дома ждет). Я много ездил – за границу, на гастроли, но я так бежал домой, знал, что меня ждет моя любимая, и она всегда была рада меня видеть, всегда с улыбкою встречала. На самом деле, это самое главное в жизни, но это я понял только сейчас – когда иду домой, а меня никто не встречает.

Вместе они прожили 26 лет, из них только три года она была здорова. Случилось несчастье – будучи беременной вторым ребенком, она заболела гриппом и вышла на сцену с температурой. Это был ее последний спектакль. Она получила воспаление легких, а потом и инфицированное воспаление нервных окончаний – сначала у нее отнялись ноги, потом руки.

Кахи Кавсадзе показывает фотографии своей семьи – жены, двух детей, троих внуков и одного правнука. Все эти фотографии не сложены аккуратно в альбомы, они висят на стенах в его комнате. Так его дети всегда рядом с ним – он смотрит на них, переживает за них, скучает по ним.

Я считаю, что я не умел воспитывать детей: аа, подожди, на улице холодно, туда не ходи, сюда не ходи, давай, я тебя отвезу… Потом я понял, что это неправильно. Мой сын, он тоже артист, и когда у него возникли какие-то неприятности с нашим главным режиссером, он захотел уехать в Америку. Я не стал противиться, сказал – пожалуйста, ты не маленький, сам решай.

Мы прощаемся, актер провожает меня до двери:

– Я люблю наблюдать за молодежью – вот идет компания ребят, а среди них девочка, 15-17 лет. Я смотрю на нее, и мне становится интересно, о чем она думает, и я очень хочу, чтобы она была счастлива. В такие моменты мне всегда мои внучки представляются. Вы тоже мне очень нравитесь, и я очень хочу, чтобы Вы были счастливы.

источник

 


 Кахи Кавсадзе 

Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе

 Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе 

 Кахи Кавсадзе

 Кахи Кавсадзе 

Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе

Кахи Кавсадзе

фото отсюда

 

Картина дня

))}
Loading...
наверх